В субботу 11 июля 2026 г. два представителя Армянской национально-культурной автономии Санкт-Петербурга посетили важное место Дороги жизни – Суховское поселение Кировского района Ленинградской области. Они посетили две (из 18-ти) деревни, игравших важную роль в Битве за Ленинград – Кобону и Выстав. Возможно, это было первое за долгие годы посещение членами армянской общины этих исторических мест силы. Но лучше поздно, чем никогда.
Настоящая статья приурочена к 110-летию морской авиации, которое отмечается 17 июля, а также 85-летию с начала Битвы за Ленинград.
Через Кобону эвакуировались люди из Ленинграда и области на Восток. Через Кобону поступали средства поддержки блокадному Ленинграду и воинским частям Ленинградского фронта. В аэродроме у деревни Выстав базировались авиачасти, включая 4-ый гвардейский авиаполк, сыгравшие огромную роль в защите блокадного Ленинграда.
4-ый истребительный авиаполк и вопросы полковой памяти бойцов
В рамках проекта группы “Миабан” Армянской автономии по сохранению памяти о ВОВ ведется работа по ряду полков, в т. ч. 4-му гвардейскому истребительному авиаполку (ИАП) ВВС КБФ. В мемориале Борки, о котором было несколько публикаций на сайте, 90 имен авиаторов этого полка. 4-ый гв. ИАП – один из наиболее легендарных полков фронта. Но полноценного списка воинов этого полка нет даже спустя 80 лет после Победы. Так, в двух уважаемых, известных и важных источниках – книге 2006 года генерала-лейтенанта авиации, Героя Советского Союза (ГСС) И.И. Цапова (1922—2011) и на сайте “Авиаторы Второй мировой” около 190 летчиков, недостаточно фотографий, нет ссылок на крупные порталы, например, “Память народа”, есть опечатки (об одной указано внизу – про награду С.Е. Горгуля) и т.д. Нами консолидируется информация помимо названных, также и из самых разных источников. На текущий день собрано более 700 имён и сведений бойцов 4 гв. ИАП в специализированную пополняемую Базу данных. В таблице приведены некоторые цифры по состоянию на 15.7.2026 г. для общего представления.
Отметим техслужбу. Без техников самых разных специальностей не взлетел бы ни один самолет. Но больше пишут, говорят, вспоминают летчиков и то – не всех, а выборочно, “наиболее” награжденных (Героев, летчиков-асов или знакомых авторам публикаций). Возникает вопрос: как у нас дОлжно быть – “Никто не забыт – из “своих” и особо известных” или просто “Никто не забыт – до солдата”? Если полк, будучи ключевым воинским соединением, воевал одной, единой семьей с представителями разных национальностей и регионов, так зачем делить, расчленять, кромсать эту семью, обрезая общий полковой дух? Один из командиров 4 гв. ИАП ГСС В.Ф. Голубев в своих книгах вовсе не случайно публиковал на страницах фотографии летчиков рядом с техниками.
Найдены контакты родственников нескольких авиаторов, устанавливается коммуникация. Сделаны первые плакаты с фотографиями авиаторов, которые впервые были на акции памяти 8 мая у мемориала в Борках. Для некоторых авиаторов сделаны отдельные веб страницы.
Заканчивается первая версия презентационного материала по этому полку. Это альбом с 100 файликами А4 с 200 листами со списками бойцов 4 гв. ИАП, фотографиями и краткими сведениями о них – по разделам: командиры, военкомы, начальники штабов, Герои Советского Союза, летчики, техслужба, иная наземная служба. Выбор файликов связан с возможными ошибками и пополнением материала – чтобы легче было заменить старые листы на новые. Но даже в первой версии такой презентационный материал важен, он наглядно даёт представление о продолжаемой работе. Повторим, такого наиболее полного материала по бойцам полка на сегодня не было.
Но важна не просто напечатанная “книга памяти” полка, но – “живая”. Нужен совет чтущих память полка, нужны памятные даты, нужно обсуждение посильных практических шагов и их осуществление. Боевую память военных операций могут вести и ведут структуры военного ведомства “сверху”. А персональную память до солдата должны вести неравнодушные “снизу” – это самостоятельный процесс. Годами совет ветеранов 4-го гв. ИАП вел Николай Филиппович Полканов (род. в 1922 г.), секретарем была Черняева. Давно уже нет ветеранов ВОВ, нет того совета. Давно наступила новая реальность. Нужен совет чтущих память. Потому нужна перекличка и понимание картины откликнувшихся неравнодушных, готовых посильными практическими шагами участвовать в сохранении полковой памяти в регионе своего проживания.
4-ый гв. ИАП это только пример подхода. Планируем продолжить по другим авиаполкам в Битве за Ленинград. Концепция полноценной полковой, а не только выборочной и индивидуальной памяти бойцов нами озвучивалась неоднократно в публикациях, на конференциях и круглых столах.
Видеоролик вида презентационного альбома (50 сек)
в Дзене – https://dzen.ru/video/watch/6a53486feb54cb5926872c7f
в ютубе – https://youtu.be/WY73q7HgXSY
Считаем, что надо помнить всех, а не только Героев Советского Союза или имеющих медали. Василий Тёркин в бессмертной поэме А.Т. Твардовского говорил:
Мне не надо, братцы, ордена,
Мне слава не нужна,
А нужна, больна мне Родина,
Родная сторона!
…
Кому память, кому слава,
Кому темная вода, –
Ни приметы, ни следа.
В авиачастях тогда были, в основном, совсем юные ребята. Летчики, вообще, были смертниками, особенно в начале ВОВ.
Нет, товарищ, зло и гордо,
Как закон велит бойцу,
Смерть встречай лицом к лицу
И хотя бы плюнь ей в морду,
Если все пришло к концу…
Многие не были женаты, не успели завести жену, семью, потомство и, получается, этим “обрекли” себя на забытие. Не секрет, что больше помнят благодаря детям и внукам.
Ждут, молчат, глядят ребята,
Зубы сжав, чтоб дрожь унять…
Ты лежишь ничком, парнишка
Двадцати неполных лет.
Вот сейчас тебе и крышка.
Вот тебя уже и нет.
Больше того, многие и не захоронены, будучи сбитыми над Балтикой, лежат на её дне…
И увиделось впервые,
Не забудется оно:
Люди теплые, живые
Шли на дно, на дно, на дно…
Эти небольшие цитаты – о том, что концепция помнить всех до солдата “перекликается” с духом поэмы “Василий Тёркин”. Съемка одноименного большого 4-часового художественного фильма заканчивается в эти месяцы (режиссёр Карен Геворкян, СПб). Причем, находятся силы, которые именно в этот момент предпринимают меры, чтобы фильм не родился и не вышел на широкий экран. В недавней статье на сайте мы напоминали резко критическую публичную оценку председателем Следственного комитета Российской Федерации, генералом юстиции А.И. Бастрыкиным того, что новых духоподъемных и достойных фильмов нет по ВОВ и СВО и что почти нет показов фильмов по госканалам (с 61 мин в видеозаписи – https://www.youtube.com/watch?v=VP9OG29WFKI).
Аэродром Выстав
Один из ключевых военных аэродромов особенно в первый период ВОВ был около Кобоны – аэродром Выстав. Туда 30 октября 1941 г. прибыл 13-ый истребительный авиаполк (ИАП), переформированный через пару месяцев в 4-ый гвардейский ИАП.
Они находились здесь самое тяжёлое время до ноября 1942 г. Бывший аэродром ныне выглядит как обычное поле.
Недалеко на пригорке находится мемориал с памятными плитами погибших авиаторов. Большую работу по десяткам бойцов провёл Михаил Михайлов с отражением сотен фотографий в книге “Лица летчиков с Выстава” (2023 г.) и на странице вконтакте “Аэродром Выстав”. Но в материале Михаила только о Выставе и только о части (около 70-ти) летчиков 4-го гв. ИАП. Они были не только в аэродроме Выстав: туда прилетели из Новой Ладоги и Ханко, в 1943 г. были на аэродроме Бычье Поле в Кронштадте, в 1944 г. – в Лавенсаари и в Малми. Стоит развить, “осветить” всех авиаторов, причастных к полку. А это процесс. Так, в среднем каждые 10-15 дней отзывается очередной родственник бойца полка…
Благодаря Михаилу Михайлову 11 июля познакомились с Сергеем Громовым, живущим в селе Выстав. Сергей рассказал много интересного. Вместе возложили цветы к мемориалу и в течение полутора часов обсуждали возможное сотрудничество и посильные практические шаги.
Это историческое место приведено в порядок усилиями Анатолия Викторова и других неравнодушных людей: есть две пары скамеек, четыре информационных стенда, установлены два флага…
Сергей сам с малых лет воспитывался на примере дедушек, участников ВОВ. А последние годы преподаёт в сельской школе.
Один дед Сергея – Михаил Иванович Громов – был зенитчиком на Ленинградском фронте. Воевал в ВОВ и второй дед – Константин Александрович Кулешов. Двоюродный дед Осип Дмитриевич Савицкий был партизаном в Белоруссии.
Сергей до сих пор помнит встречу в селе с командиром 4-го гв. ИАП Героем Советского Союза В.Ф. Голубевым и сказанные им слова. В прежние времена легенды Великой Отечественной приезжали в это село, ставшее для них родным. В советское время пионерская дружина сельской школы носила имя лётчика 1-ой авиаэскадрильи и комсорга этого полка С.Е. Горгуля. Родня Семена Егоровича писала из Краматорска – города, о котором в наши дни мы читаем совершенно иное… Семен был смертельно ранен в бою на Дороге жизни 7 мая 1942 г., не дожив пару месяцев до 25 лет.
О С.Е. Горгуле в нашем презентационном материале 4-го гв. ИАП всего несколько строк. К слову, в книге И.И. Цапова (с. 317) и на сайте “Авиаторы Второй мировой” ошибка – там написано, что С.Е. Горгуль был награжден медалью “За отвагу”. Это не так, он был награжден орденом Красной Звезды (наградной лист 8.2.1942 г. – https://podvignaroda.ru/?#id=50051063)
Но в Базе данных сведений больше, в т.ч. ссылки на книги комполка В.Ф. Голубева и авиатехника М.Г. Митина, которые написали о том бое в своих книгах. Приводим оба варианта, чтобы показать смысл Базы данных и важность и техслужбы полка. Конечно, надо будет сделать отдельную веб страницу С.Е. Горгуля с развернутой информацией о нем.
Фрагмент описания гибели Семена Горгуля в книге комполка В.Ф. Голубева
(Источник: книга “Во имя Ленинграда”, 2000 г., глава “Белые ночи”)
Новые взаимные атаки, падает еще один “мессер”, и вдруг удар по кабине Семена. Летчик ранен, винт закрутился вхолостую. Но Горгуль не покинул машину, повел ее на посадку. Ефим Дмитриев остался один против четырех Ме-109. Третий “мессершмитт” вспыхнул факелом и упал на лед. Но и Семена ранило вторично. И все же он, с трудом сохраняя сознание, едва различая ледовый покров, посадил самолет. У Дмитриева кончилось горючее, он вынужден был выйти из боя. А три Ме-109 тем временем делали заход за заходом, расстреливая стоящий на льду самолет и истекающего кровью Семена.
Горгуль ранен в третий раз. Слабеющей рукой достает он блокнот, тот самый, в котором был записан план комсомольской работы и лежало аккуратно сложенное заявление о приеме в партию Байдракова.
Нет сил развернуть планшет, вытащить карандаш, но как страшно умирать, не сказав последнего слова друзьям. И тогда перебитым кровоточащим пальцем Семен Горгуль, шахтер Донбасса, отважный балтийский летчик, царапает на листке: “Прощайте, ленинградцы! Да здравствует Сталин!..”
Вместе с летчиками провожали в последний путь Горгуля и Байдракова все жители деревни Выстав. Друзей похоронили рядом с Алексеем Лазукиным на том же кургане, у границы аэродрома. В этот тихий весенний вечер было совсем светло, и три патрульных звена на бреющем полете дали прощальный залп над холмом.
Фрагмент описания гибели Семена Горгуля в книге авиатехника М.Г. Митина
(Источник: Дневник Михаила Георгиевича Митина, любезно предоставленный его внуком Денисом Митиным. Стр. 234-235) По версии Митина, бой был не 7 мая, а 6 мая, когда погиб Горгуль. 7 мая его тело нашли.
Но тут краем глаза Цоколаев заметил, что самолет Горгуля как-то странно качаясь, скользит вниз. Он быстро терял высоту и уже погружался в мутную снежную пыль. Мотор на его самолете не работал. По-видимому “Мессер” из второй пары успел поразить ведомого. Горгуль планировал на посадку без мотора. Потонув в снежных вихрях, его самолет коснулся льда и, пробежав очень мало, остановился, как-то косо опустив одну плоскость и приподняв другую. Цоколаев кружил над ним, а когда увидел, что Горгуль открыл фонарь и вылезает из кабины, покачал ему крыльями и пошел на аэродром. Пройдя низко над холмом Лазукина, дал очередь и пошел на посадку. Найдя командира полка, доложил ему и просил организовать поиск Горгуля, указав место его посадки. К самолету Горгуля тут же была отправлена поисковая группа на грузовой машине во главе с Борисом Иканиным. Он был по этим делам большой мастак. Почти все сбитые самолеты, хоть сколько-нибудь пригодные, он доставил на аэродром.
Оказалось, что и Шодин вернулся один. Его ведомый Байдраков пропал без вести. Они тоже встретили пару “Мессеров”. В короткой схватке одного из них сбил Шодин, а когда оглянулся, то уже не было видно ни Байдракова, ни второго “Мессера”. Шодин спустился над землей и долго кружил на том месте, но видимость была плохой, шел снег, а на земле от ветра закручивались вихри…
7 мая, четверг. Иканин нашел Горгуля и его самолет на озере. Горгуль оказался лежащим мертвым на льду под самолетом. Оказывается, что “Мессер” не только повредил мотор самолета, но и ранил летчика. Подбитую в бою машину Горгуль посадил на еще уцелевший лед озера, и когда он покинул кабину самолета, “Гансы” сделали еще несколько заходов, поливая его смертоносным огнем. Смертельно раненый, он своей кровью написал в блокноте: “Прощайте, товарищи гвардейцы, прощайте, ленинградцы, я погибаю за город Ленина, за Родину, за Сталина”…
Находясь на том месте 11 июля, эти последние не произнесенные, но написанные слова Семена были слышны с неба. Разве можно такое забыть, забыть тот дух, тот героизм, те жертвы, благодаря которым мы живем, дышим, ходим?.. И речь не только о Семене Горгуле, обо всех и не только летчиках. О Семене подробно написали просто для примера (через две недели 30 июля его день рождения).
За время после распада Советского Союза село Выстав сократилось в жителях более, чем в два раза. Нет тех торжественных мероприятий, которые были раньше. Нет ветеранов… Нет даже простого указателя, где надо свернуть с дороги, чтобы заезжему туристу или паломнику сквозь чащу леса пробраться к обелиску. Как будто невидимая рука вынесла приговор на забытие, чтобы тема зачахла. Как будто та Смерть, которая уговаривала раненого Василия Теркина “пойти с ней” и которую он тогда прогнал “Косую прочь”, как будто та Смерть снова склонилась над нами, чтобы мы забыли Память “обычного воина” и “пошли с ней”…
Но этого не должно случиться. Так, что эта встреча будет иметь продолжение, в котором любой может принять участие.
Музей “Кобона. Дорога жизни”
Музейно-мемориальный комплекс “Дорога жизни” на текущий момент имеет пять разных площадок-филиалов. В одном из них мы были около недели назад – в Доме авиаторов во Всеволожске. 11 июля посетили филиал в Кобоне – https://vk.com/public217241497
Заведует музеем Сергей Владимирович Марков. Заочно были с ним знакомы – в 2024 году представители Армянской автономии были в Доме журналиста на Невском на премьере фильма “Меж Ладожских берегов”, в котором участвовал и С.В. Марков. Рекомендуем посмотреть этот фильм – https://www.youtube.com/watch?v=W2W2evw_19k Внизу кадр из фильма (3:56).
Встреча 11 июля с Сергеем Владимировичем Марковым была достаточно продуктивной и продолжалась более часа. Об этом музее напишем с видео и фотографиями на отдельной странице, а пока ограничимся несколькими темами и именами:
- электрокабель по дну Ладоги от Волховской ГЭС, Никадим Туманов, Ленэнерго,
- бензопровод, найденные его фрагменты,
- 150 сварщиков из разных регионов СССР для работ в годы блокады, Иван Мохов,
- поднятие полуторки со дна Ладоги и ее участие на Дворцовой.
В Музее в Кобоне в ближайшие месяцы будет разработан проект реэкспозиции, музейный комплекс существенно расширится новыми площадками. Но посетить познавательный музей мы рекомендуем, не дожидаясь этих процессов. https://vk.com/public217241497
Братское захоронение в Кобоне
На плитах имена похороненных в этом братском захоронении работников Ленметростроя, которые в 1941-44 гг. строили Дорогу жизни.
На одной из плит написано, что кроме этих лиц были захоронены ещё 150 погибших, но их имена не были известны. Среди увековеченных имен есть Хуабонян А.П. (внизу пятая строка в правом столбце). Наверно, фамилия была несколько иная. Например, среди бойцов ВОВ был Хабонян А.И. https://pamyat-naroda.ru/heroes/isp-chelovek_spisok4436980/
Встреча в субботу Музее в Кобоне была накануне исторического события. На следующий день 12 июля к Кобоне приплыли первые шлюпки с курсантами Военно‑морского и Военно‑морского политехнического институтов ВУНЦ ВМФ «Военно‑морская академия». Они прошли на шлюпках по Новоладожскому каналу – по тому пути, где история буквально живёт в каждом километре берега. В походе участвуют 10 шлюпок «Ял‑6» — по 5 от каждого училища. Ребята надолго запомнят этот день и встречу с заведующим музея Сергеем Марковым. Об этом на странице Музея – https://vk.com/wall-113153574_7427
И подобно этим курсантам на шлюпках по историческому каналу, и нам на шлюпках неравнодушия надлежит пройти по каналам забытых книг, воспоминаний, архивов, истории, чтобы восстановить и поддерживать полковую память бойцов – до каждого техника, краснофлотца и красноармейца – легендарного 4-го истребительного авиационного полка ВВС КБФ. И не только 4-го гв. ИАП. Чтобы не было конфликта с совестью, когда в очередной раз скажем “Никто не забыт”…